02.07.2019

ЖИЛЬЕ. Как расселить бараки? Богородское делится опытом

На вопрос, кто лидер по расселению аварийного жилья в Сергиево-Посадском районе, можно с уверенностью ответить – Богородское. Здесь располагалась десятая часть всего ветхого фонда Московской области. Сейчас не осталось ни одной семьи, которая жила бы в бараке или трущобе. Почти полностью ликвидирована и очередь на улучшение жилищных условий. В числе очередников осталась лишь пара семей – предложенные властями варианты их пока не устроили.

Как местной власти справились с проблемой, с которой никак не расквитается райцентр? Ответ прост: глава поселения Виктор Кузнецов и директор управляющей компании Сергей Анфилов по максимуму реализовали созидательные возможности, открывшиеся перед их самостоятельным поселением после вступления в силу закона «Об общих принципах организации местного самоуправления». На благо жителей реализовали. Вот и весь ответ. 

В НОВОМ ДОМЕ ПОСЕЛИЛИСЬ МАТРЕШКИ

– Вот комнатка моя, спаленка, – гостеприимно приглашает нас в новое жилье одна из первых переселенок Венера Робертовна Глухова. – Это все мои покойные, я за них молюсь. Утром, вечером, все как положено.

На стене над туалетным столиков ее иконостас. Портрет сестры, тетки-фронтовички, племянника, рядом – Серафим Саровский. Под ним – поделки внуков. Венера Робертовна вырастила сына, сейчас ему 43, часто гостят у нее внук и внучка. Еще бы – теперь ей есть куда их пригласить.

– У меня там не такая большая квартира была, хотя по метражу один к одному законом положено было, – вспоминает житье на Втором временном пенсионерка. – Гостиной такой у меня не было, здесь мне зал очень нравится. Даже, видите, здесь ниша была, я взяла, кладовку из нее сделала.

Стала больше и кухня – когда строили новые дома под переселение, по закону уже было запрещено планировать малюсенькие хрущевские пищеблоки. Вместо пяти квадратов, которые были на Втором временном, у Венеры Робертовны теперь семь плюс большая лоджия

Стала больше и кухня – когда строили новые дома под переселение, по закону уже было запрещено планировать малюсенькие хрущевские пищеблоки. Вместо пяти квадратов, которые были на Втором временном, у Венеры Робертовны теперь семь плюс большая лоджия. На ней женщина организовала свое рабочее место.

– Беру выжигательный аппарат, сижу, рисую. Сочиняю сама, что хочу, – не отрываясь от работы, комментирует Венера Робертовна. – Если жарко, включаю вентилятор, если мерзну, есть печка.

Работа творческая, не надоедает. Радует и постоянный спрос на изделия народных промыслов.

.– Я вообще удивляюсь, что наши матрешки везде-везде нужны. Не знаю даже, куда они идут – может быть, в печку кидают, конечно, – смеется художница.

Раньше она сама возила свои работы на вернисаж к лавре. Сейчас здоровья на это уже не хватает, работает на скупщика.

– Скупщик у меня правильный, налоги платит, все как положено. Так что я не хулиганю, – объясняет женщина. Единственный вопрос, который остается без ответа, – почему пенсионерка должна оправдываться перед государством, которое вынуждает ее вместо отдыха на пенсии продолжать работать из-за нехватки денег.

– Если б у меня пенсия была хорошая, я бы может и не рисовала, кто знает, – говорит она.

 СДЕЛАЙ МНЕ ЭТУ ЖЕЛЕЗКУ, ЧТОБ Я БЫЛА СПОКОЙНА!

Есть у Венеры Робертовны и общественная нагрузка – соседи считают ее старшей по новому дому, хоть официально ее и не избирали. Но коммунальные проблемы чаще всего решает именно она.

– Сделай мне эту железку, чтоб я была спокойна! – по-свойски кричит она из окошка проходящему мимо депутату Сергею Анфилову. Объясняет – хулиганы отломали часть громоотвода, и она боится грозы. Видно, далеко не впервые женщина обращается к народному избраннику, знает – все он сделает.

– При переселении проблемы легко решались: если не справлялись строители, я жаловалась в администрацию, и они все быстро устраняли, – рассказывает Венера Робертовна.

Сергей Анфилов вспоминает, как перевозили в новый дом саму Венеру Робертовну. Получилось, что в этот момент она находилась в районной больнице. Пришлось выручать соседям и администрации.

- Мы тогда выделили транспорт, соседи вещи собрали, - рассказывает Анфилов.

На лавочке под окнами собираются соседки, болтают. Как на Втором временном соседствовали, так сюда всем подъездом и переехали. Власти старались дать жителям точь-в-точь такие же квартиры – в том же подъезде, на том же этаже, даже с тем же расположением. Только новые.

Власти старались дать жителям точь-в-точь такие же квартиры – в том же подъезде, на том же этаже, даже с тем же расположением. Только новые

– Единственная проблема, что там у нас были двухэтажные дома, а здесь трехэтажные, – поясняет глава поселения Виктор Кузнецов. – Но тут, думаю, тоже поступили абсолютно верно – расселяли в шахматном порядке. Если человек жил в квартире №1, здесь он тоже въезжал в №1. Но если первая квартира, допустим, однокомнатная, а у него была двушка, то он переезжает в №2, ну и так далее. Так что все заранее знали, куда они въедут.

Если кто-то хотел переехать на первый этаж вместо второго или наоборот мечтал забраться на третий, власти не препятствовали – соседи договаривались между собой и менялись жильем. Удалось обойтись без скандалов и ругани, переезжали с радостью.

– На Втором временном было очень холодно, мы всегда одетые дома ходили, – вспоминает соседка Венеры Робертовны Екатерина Шишкина.

– У меня в «хоромах» ветер гулял и вода в унитазе замерзала, – вторит ей пенсионерка.

– А тут прямо жарко, в майках, в шортах ходим, – радуется Екатерина Шишкина.

 «На Втором временном было очень холодно, мы всегда одетые дома ходили, – вспоминает Екатерина Шишкина. – А тут прямо жарко, в майках, в шортах ходим»

– Короче, у Второго временного срок годности давно истек, – заключает Венера Глухова.

БАРАКИ И СРОКИ ГОРЕЛИ

Еще бы – сборно-каркасные дома, которые возвели для временного проживания первых строителей Загорской ГАЭС, простояли гораздо дольше отведенного им срока. Бараки были признаны аварийными и подлежащими сносу еще в начале нулевых. Первые 207 миллионов рублей на ликвидацию аварийного фонда были выделены более полутора десятков лет назад. Однако тогда средства до Богородского не дошли – застряли в районе.

Это было еще до административной реформы по разделению района на 12 поселений. Богородское, Пересвет, Краснозаводск и другие населенные пункты тогда не были самостоятельными поселениями, не имели собственной казны – все решал район, который распоряжался бюджетными средствами.

Именно в районе и решили пустить деньги, выделенные ведомством для расселения ветхого жилья в Богородском, на другие нужды, самой крупной из которых называли строительство путепровода.

Почему, получив от Мосэнерго целевые средства для расселения поселка энергетиков, районные власти решили этих самых энергетиков не расселять, а реконструировать въезд в город, объяснять мы не возьмемся. Скорее всего, тут дело было в приоритетах: путепровод – это важно, а уж как там живут строители электростанции за тридевять земель, этой районной власти было, в общем-то, все равно. Была тогда большая шумиха, Мосэнерго требовало расследовать, куда делись их двести миллионов -  почему не дошли до адресата? Работала прокуратура, велось следствие. В результате было выдано заключение о том, что деньги были районной властью не украдены, а потрачены нецелевым образом.

С вступлением в округ ситуация может повториться – если не сохранить самостоятельные бюджеты в бывших поселениях, целевые субсидии могут просто перестать до них доходить.

С вступлением в округ ситуация с 200 миллионами рублей субсидии Мосэнерго может повториться – если не сохранить самостоятельные бюджеты в бывших поселениях, целевые средства огут просто перестать до них доходить

Вторую попытку расселения предприняли в 2012 году. Ситуация разгорелась тогда в прямом смысле слова – на Втором временном сгорел первый барак №27. Поселение при поддержке области спешно закупило людям квартиры на вторичном рынке – новые дома под переселение тогда только начинали строиться.

Чтобы получить средства на это строительство, поселение вошло в программу реформирования объектов жилищно-коммунальной сферы. Основную часть средств – более полумиллиарда рублей – выделил Фонд содействия реформированию ЖКХ. Еще около 200 миллионов рублей софинансирования за три года вложило само Богородское – благодаря профицитному бюджету поселение могло себе это позволить.

Основную часть средств – более полумиллиарда рублей – выделил Фонд содействия реформированию ЖКХ. Еще около 200 миллионов рублей софинансирования вложило само Богородское

– Мы определили место для строительства новых домов, объявили конкурс среди подрядчиков, – вспоминает депутат Сергей Анфилов. – «Гидрострой» взял землю в аренду...

Семь первых домов выросли как грибы после дождя. Когда строительство близилось к завершению, бараки снова начали гореть.

– Вы представьте: сборно-каркасный деревянный дом, внутри стекловата – его практически невозможно потушить, – объясняет Сергей Анфилов. – Боевым расчетам пожарных пришлось спасать соседние дома, а мы помогали жильцам выносить вещи. Пока первый подъезд горел, из третьего еще вытаскивали мебель.

 «Вы представьте: сборно-каркасный деревянный дом, внутри стекловата – его практически невозможно потушить, – объясняет Сергей Анфилов. – Пока первый подъезд горел, из третьего еще вытаскивали мебель»

Достраивать дома пришлось в тяжелейших условиях – сроки горели, людям попросту негде было жить. Естественно, без проблем в таких условиях не обошлось.

 ТРЕЩИНА ВОЛОСЯНАЯ, НА УСТОЙЧИВОСТЬ ДОМА НЕ ВЛИЯЕТ

– Это была поздняя осень, некоторые новые дома еще не были просушены, – вспоминает депутат. – Мы в ускоренном темпе начали давать туда отопление, чтобы подсушить их и начать переселение. Естественно, люди замечали какие-то недоделки, но мы старались их в оперативном режиме устранять.

Одной из самых существенных проблем стала трещина в фундаменте дома №6. И власти, и эксперты-строители в один голос утверждали – трещина волосяная, она не влияет на устойчивость дома. Тем не менее, люди били тревогу, и пришлось действовать.

– Был сделан общий дренаж вокруг всего здания с отводом грунтовых вод, если они вдруг появятся – изначально их там не было, – вспоминает глава поселения Виктор Кузнецов. – Также мы сделали дренаж внутри подвала, поставили пьезометры, которые наблюдают за напором грунтовых вод. Конечно, пришлось потратить еще пару миллионов рублей, зато проблему решили.

«Был сделан общий дренаж вокруг всего здания с отводом грунтовых вод, если они вдруг появятся, – вспоминает Виктор Кузнецов. – Также мы сделали дренаж внутри подвала, поставили пьезометры, которые наблюдают за напором грунтовых вод»

Сегодня недовольных в новых домах нет. Большое видится на расстоянии – сейчас от жителей власти получают только благодарность. И дороги, и тротуары, и освещение, и детские площадки, и цветники, и лавочки – все у них здесь имеется. Живи и радуйся.

УЛУЧШАТЬ ДАЛЬШЕ НЕКУДА

В общей сложности новое жилье по программе переселения получили порядка 600 семей из 29 временных бараков. На первом этапе жители 450 квартир переехали в семь новых домов на улице Первой. Затем оставшиеся жильцы были переселены в новые дома №№ 1/2, 45 и 78, построенные по инновационной технологии с облегченными стенами. Еще три новых дома возвели в Муханове, в них переселились люди из нескольких десятков местных домов барачного типа.

Жилье в 10 новых домах Богородского получили порядка 600 семей из 29 временных бараков. Еще три новых дома построили в Муханове

Следующей задачей стала ликвидация очереди на улучшение жилищных условий. Ведь во время расселения ветхих бараков некоторые семьи отказывались переезжать, мотивируя это тем, что по закону им положена не одна, а две квартиры.

– В некоторых барачных однушках были прописаны сразу несколько семей, они просили переселить их, например, в две квартиры, – рассказывает Виктор Кузнецов. – Мы объясняли им, что все сразу сделать не получится, что сначала нужно поменять ветхое на новое, а уже потом это новое улучшать.

Как только в Богородском начал освобождаться жилой фонд, туда стали расселять людей, стоящих в очереди на улучшение жилищных условий, сегодня в числе очередников всего пара семей.

Как только в Богородском начал освобождаться жилой фонд, туда стали расселять людей из очереди на улучшение жилищных условий. По словам Виктора Кузнецова, сейчас в числе очередников осталась всего пара семей.

– У нас есть для них квартиры, но они от них отказываются, – отмечает глава. – Говорят, мол, в этот дом не поедем, не нравится этаж или подъезд. Это их право – отказаться и ждать дальше. Уверен, что и их проблемы мы решим.

НАУЧИМ КОЛЛЕГ РАССЕЛЯТЬ ВЕТХИЙ ФОНД

Так почему же не получается перенять позитивный опыт Богородского и расселить весь ветхий фонд района? В самом Сергиевом Посаде, Краснозаводске, Хотькове и других поселениях ветхих домов почти две сотни – и это только те, которые признаны аварийными официально.

– Мне сложно критиковать своих коллег-товарищей, – говорит Виктор Кузнецов. – Но если смотреть по Сергиеву Посаду, то там до сих пор не расселены люди, для которых новое жилье начинали строить давным-давно. Конечно, жители волнуются!

С переходом в городской округ и ликвидацией самостоятельной власти на местах ситуация с расселением очередников может осложниться – из райцентра-то сложнее увидеть проблемы территорий. Тем важнее избрать в округе достойную власть, которая предпримет попытку сохранить местное самоуправление и обеспечить территориям собственные бюджеты.

Виктор Кузнецов и Сергей Анфилов намерены баллотироваться в новый окружной совет для того, чтобы в том числе и поделиться с коллегами позитивным опытом своей успешной деятельности на благо жителей – в части расселения аварийных домов особенно. Ведь фонд содействия реформированию ЖКХ продолжает действовать, а как с ним работать, они знают точно.

Виктор Кузнецов и Сергей Анфилов намерены баллотироваться в новый окружной совет именно для того, чтобы поделиться с коллегами позитивным опытом – в том числе, расселения аварийных домов. Ведь фонд содействия реформированию ЖКХ продолжает действовать, а как с ним работать, они знают точно

Комментарии

Комментариев пока нет

Оставить комментарий